MENU

311_d87-m

25.10.2018 • Авторская колонка

Встречался ты с царём лесным?

Петр КОРЕЛЬСКИЙ — известный северодвинский поэт, ветеран литобъединения «Гандвик». Родился в деревне Нижнее Рыболово Приморского района Архангельской области. С 13 лет живёт в Северодвинске. Предприниматель, занимается изготовлением мебели. Некоторое время издавал журнал «Культура Севера». Имеет несколько книг стихотворений.

Лешуконье

Вела дорога в бор сосновый,
Но поднялась трава вокруг,
И всюду —
каждый ствол багровый —
О чём-то зашептались вдруг.
Шепталось в облачном тумане
Собранье крон наперебой;
Я будто гостем был
нежданным,
С людской, им чуждою, судьбой.
…Бродил ли ты лесной тропою,
Когда — туман и ты под ним;
Везде тропа перед тобою;
Встречался ль ты
с царём лесным?
Встречался ли тебе в тумане,
В конце тропы, старинный дом
На неисхоженной поляне,
С резным, продавленным
крыльцом?
О затаившаяся гордость
Среди дымящихся высот!
Там, перед ним, старуха,
горбясь,
Предвидит будто мой приход…
Дрожащей, чахлою рукою
На дверь чулана указав,
Толкнёт её кривой клюкою,
В пороге скрип сухой разжав…
Бессвязно, тихо что-то молвя,
Она введёт меня туда…
Смолистым паром
пахнет кровля,
И где-то капает вода…
Во мгле сходился угол дальний,
В углу, под шорох веретён,
Свеча лучилась
в диск зеркальный,
С угла свисал паучий лён…
…Не понимая притяженья,
Я приближался: при свече
Царевны лик из отраженья
Явился в брызжущем луче.
Она в распущенные косы
Влекла, за гребнем золотым,
Искр светлых
радужную россыпь
Над льдистым зеркалом своим.

Царевна

Только отблеск, только тени
От незримого очами…
В.С. Соловьёв

Жизнь моя —
у царевны отныне:
В терем свой заманила меня,
Напоила отваром полыни
Утомлённого тяжестью дня.
…Всё здесь — отблеск.
Столетье минуя,
Одинок я с тобой; навсегда,
Под ознобом твоих поцелуев,
Брошен в омут
зеркального льда.
Ты — хозяйка моя, но едва ли
Можешь сном ты моим
управлять.
На пороге нездешней печали
Научился я сны понимать.
Там — далёкое, долгое пенье
И знакомая музыка. Там —
Мне открыто
одно лишь мгновенье,
Но в пространство,
попутное снам.
И уж чар твоих
вышло дыханье
Из зеркал вековых, и горят
В моем сердце
простые желанья:
Все забыть —
и вернуться назад.

Первая встреча

Я видел, как планеты тлели,
Раскалываясь под звездой,
Сочились тени сквозь их щели,
И в них я встретил образ твой.

Твоё туманное сиянье
Средь них никто не замечал,
И моего переживанья
Терялось эхо в щелях скал.

Рассвет сдувал твои одежды,
И помню я, что там, вдали,
Два мира, полные надежды,
Соединиться не могли.

…Один огнём зовет спасенье,
Другому мрак для жизни мил,
Но не грозит исчезновенье
В единоборстве этих сил.

Северная мелодия

Почти невидимою, нежно
Касаясь каждого из нас,
Из давней-давней
сказки снежной
Она в наш век перенеслась.
Но зря своим существованьем
Почти у каждого крыльца
Она просилась в наши зданья
В лучах Отечества-творца.
Никто закрытою душою
Её от стужи не сберёг,
И одинокою тропою
Она ушла от всех дорог.
Но если, где-нибудь встречая,
Ей кто-то душу открывал, —
В нём просыпалась жизнь иная
И голос Родины звучал.

Навсегда

Хранитель долгих дум и лет,
Угрюм и чуток, одиноко
Мечтал о счастии поэт
Да всё советовался с Богом.
И оживали в нём года:
Их окружение земное
С дрожаньем, лязганьем и воем
Неслось — неведомо куда:
И там, где навсегда разбита
Мечта единственной весны, —
Глухие вещи злого быта
В духовный сон погружены.
И он мечтал… В ночи стучались
Дожди в окошки, в ветхий дом…
Когда один, когда в печали —
О счастье молится твоём.

На краю земли

Когда над Ледовитым океаном
Сверкает мгла —
прозрачная, без дна, —
В моём краю
отверженных туманов
Звезда морей далёкая видна.
Она всегда несёт с собой
прохладу,
Слетая светом, проникает в нас,
И между нами слов уже не надо,
И с нею скоротечен
звёздный час.
Открытое земное сновиденье
Своим дыханьем,
качкою морской
Выводит тучи,
и в небесном пенье
Меняет формы,
нам грозя бедой.
Но в том краю
есть избы золотые:
Под северным дыханьем,
в небесах —
Мой дом летит, и окна ледяные
Глядят на звезды,
вспыхивая в снах.

Соломбальское детство

Памяти Славы Вотинова

Всё плещется Двина
в железных трюмах,
В которых
соломбальской детворой
Играли мы в пиратов и порой
В них прятались
от уличного шума.
…Сердца невинных!
Нас влекла та новь,
Которой был старинный пирс
заполнен;
Смотрели мы на ржавчину —
как кровь,
Которую облизывали волны.
И нам казалось: джунгли —
за Двиной.
И у костра подолгу
ночью белой
Вязали плот,
и мяч, как шар земной,
Расписан островами был
умело.
Не повторить,
не выразить в словах
Созвучье стран…
Стал мир другим пред нами,
И мы не знаем: есть ли острова,
Что нам являлись
белыми ночами?
…Я приглашаю вас, друзья мои,
На наше место,
на заветный берег:
Мы свяжем плот —
наш ветер не потерян —
И тех помянем,
кто от нас вдали.

Метель в Нёноксе

Памяти А.Г. Трапезникова

Как снег глубок:
весь горизонт в снегах.
И вдруг блеснул за небом
лунный кокон:
Давно остывший —
он наводит страх
На жителей планеты одинокой.
Изменится погода в феврале,
И свежий след
в охотничьем угодье
Без повода возьмёт метель.
Сегодня
Она скулит, щенясь
в январской мгле.
Своим инстинктом
раздирая сны,
Она скулит над прорубью
и небом;
Под ним —
мертворождение луны,
А у неё что смерть —
то свежий слепок.
Поэтому и не звенят давно
Алмазные бубенчики
на ветках;
Поэтому и праздник
самый светлый
С поминками приходит заодно.
6—8 января 1998 года

Западня

Не спеши относить
мою лодку, волна…
Ю.М. Кублановский

Мы вспоминаем иногда
Далёкий дом в пути сердечном,
Но за рекою долготечной
Нет берегов — одна вода.

И там, где край сплошной воды,
Где речка будто задержалась,
Прозвавшись от людской беды,
Деревня западнёй стояла.

За то, что край тот — западня,
Молва людская не простила;
Одна старуха у огня
Из блюдца кур своих поила.

И засыпала у печи
На деревянной лавке длинной,
И снилось ей:
и гость старинный,
И шелест свадебной парчи…

Когда в печи раздался вой,
И одинокая старуха —
Уже без памяти и слуха —
Дверь не закрыла за собой…

Весна с бревенчатой повети
Уже травою не сошла,
И только пух с куриной клети
Тем половодьем унесла.

Река там сделала приют…
Рыбак там сеть терял порою,
И люди до сих пор зовут
То место гиблой западнёю.

Но — есть единство долгих вод!
Они — ровесники Отчизне;
Их отступленье и приход —
Меняют путь и берег жизни!

На пожарище

В безбрежном странствии
дорог
Огонь проходит между строк…
Идёт, к себе себя взывая;
Всё пожирает — отрок рая…
А кто — я? Кто? То видит Бог.

Превратности судьбы тая,
С моею рядом жизнь твоя.
И на старинном пепелище
С тобою мы остатки ищем,
И видим: это кость моя…

Друзьям, знакомым и родным,
Врагам… понятен древний дым.
…Огромный мир раним и тонок
И, как оставленный ребёнок,
Всё грезит, будто бесы с ним.
28 сентября 2005 года

***

М .

Заточенья в золотом окладе
Ты достигла
совершенства ради.
Меж веками истину неся —
Красота Твоя сияет вся,
И душа осталась при наряде.

…По дворцам скитаешься
земным,
Перевоплощаясь
в светлом слове,
Словно Ты обручена
лишь с Ним —
Всё молчишь
в таинственной основе…

…К нам плывёт из будущего
дым
Зависти
к немому совершенству.
Боже, сохрани её блаженство
И не дай мне
встретиться с другим.

Фото из архива редакции

Comments are closed.

« »