MENU

974_d832___4

04.01.2021 • Актуальное

Он писал историю нашего города

Прощальное слово о мастере

Сообщение — как удар! Нет Валентина Капустина?! Товарища, с которым 36 лет объединяли радость удачи и горечь от её отсутствия! Хотя что говорить: напишешь удачно — снимок фотокора усилит впечатление, напишешь банально — снимок скрасит. 

Тесно от мыслей, чувств и воспоминаний… Вот мы с Валентином Капустиным спасаем дом от пожара (зоркий глаз фотокора заметил огонь и дым по дороге на редакционное задание). Вот пробираемся в осаждённый Белый дом в сентябре 1993-го при противостоянии Верховного Совета России и команды Ельцина. Вот нас лишают ак-кредитации и при всём журналистском народе выставляют из автобуса перед проходной Севмаша…
Накануне визита Чубайса на странице «Северного рабочего» появилось письмо читателя с вопросом высокопоставленному гостю: почему замерзает Северодвинск, как и вся Архангельская область? На электростанциях нет угля, а значит, нет и надежды, что потеплеют батареи. Чубайс к тому времени успешно провёл чековую приватизацию и вовсю реформировал энергетику России.
Терпящие бедствие предприятия оборонки искали поддержку у федеральных властей.
А тут такой пассаж! Вдруг Анатолий Борисович прочитает «Северный рабочий». Или журналисты о мнении читателя скажут… Впрочем, говорят, что рабочие со стапелей донесли до реформатора своё мнение.
А может, надо начинать с первого взгляда на парня в солдатской форме, который мерил шагами редакционный коридор на ул. Советской, 11?
Редактор Василий Петрович Соснин в журнале «Газета выходит всегда» писал: «…помню, как бравый солдат с фотоаппаратом через плечо впервые перешагнул порог редакции. Распахнул свои «архивы» – несколько военных газет со снимками. И этого было достаточно, чтобы понять: парень стоящий». Соснину в чутье на кадры не откажешь…
А может, начать с триумфального переезда на ул. Южную, 20? Горсовет отвёл «Северному рабочему» просторное помещение на 1-м этаже жилого дома. Вячеслав Белоусов сделал проект помещения, где разместились кабинеты, самый просторный — для редактора, фотолаборатория, холл, на его стенах мы размещали фотовыставки, зал, который видел много знаменитых персон. Так вот карнизы на окнах развесил и купленную мебель собрал после работы Валентин Капустин своими руками. Он всё умел.
И делал хорошо.
Журналисты любили с ним работать. Спокойный, молчаливый, он неслышным шагом ходил вокруг, пристально вглядываясь в героя, и делал своё дело, оставаясь практически незаметным. Зато потом, выложив на стол автора снимки, давал ему свободу выбора.
Вёл Валентин и сольную партию «Фото дня». Крупный снимок на первой полосе задавал тон всему номеру. И газете в целом. За серию портретов Валентин отмечен премией Аркадия Гайдара, престижная журналистская награда в советское время. А газета очень выигрывала в оформлении из-за хороших снимков. «Северный рабочий» десятилетие лидировал в конкурсе на лучшее оформление среди городских газет России.
В фототеке Капустина семь министров обороны, включая маршалов СССР Андрея Гречко, Дмитрия Устинова, который лично и с удовольствием прикрепил к Знамени Северо-двинска орден Ленина, и даже министра обороны США Уильяма Перри. Шеф Пентагона, посмотрев с самого верха док-камеры, как газосварщики разделывают очередную АПЛ, сказал с чувством: «Ради этого стоило жить».
Время писало крутые сюжеты. И объектив фотоаппарата регистрировал их героев.
Гайдар, умевший подкупающе доверительно общаться с журналистами, первый президент России Борис Ельцин, Владимир Путин ещё в должности премьер-министра президента Ельцина. Но Валентин не протокольный фотокор. Все приметы времени — голодовки медиков и учителей, протестные колонны профсоюзов оборонки…
Я не могу забыть фото мальчишки, которого цепкий глаз фотомастера и его чуткое сердце не могли пропустить. Мальчишка стоял, прижавшись щекой к шершавому стволу дерева, обняв его руками. И глаза! Глаза, полные боли. Он сказал: «От меня ушёл отец». И сколько горожан осталось в истории весёлых и грустных, знаменитых, талантливых и просто хороших… А сколько событий!
Валентин жил набело. Ладно сложилась семья Валентина и Валентины Капустиных. В родителей — самостоятельные дочери Ирина, Евгения. Трое внуков.
Валентин по латыни — сильный, здоровый. Казалось, так оно и было. Тем горше утрата… И дольше память
На эту газетную полосу мы хотели вынести портреты Валентина Капустина. И с трудом нашли. Спасибо коллеге Борису Сердюку.
Раиса ЕВГЛЕВСКАЯ

Мне нравилось с ним «ходить в разведку»

палыч лента 3 кадра__3Последнее время мы виделись редко, но это не мешало ощущать неуловимую связь между людьми, знающими друг друга не одно десятилетие. Мы знали, что мы есть, иногда ходим по одним и тем же улицам, дышим одним воздухом, переживаем одни и те же события…

Отлично помню, как фотокор Валентин Капустин показал мне, недавно принятой на работу, снимок: три пацана лет семи-восьми сидят на коротенькой скамейке, словно птички на жёрдочке. Сидят очень тесно, но чувствуется, что им хорошо. Они уже понимают, что такое дружба. Я сразу вызвалась написать текст. Именно так в газете появилась рубрика «Взгляд», ставшая постоянной.
Валентин Павлович был непревзойдённым мастером снимка. Какие характерные фото дня он выдавал на первой странице по пятницам — о лучших тружениках города. Но мне кажется, что он дорожил и моментами, схваченными его объективом путём наблюдения жизни. Да и сам Валя был весь «жизненный», естественный, без позы. Соль земли!
Скажет — сделает. Изо дня в день, из года в год наматывал он на колёсах машины десятки, сотни километров дорог ради хорошей иллюстрации в газете. А какой был скромный человек — без притязаний выйти на передний план. Никогда ни с кем не ссорился.
Выяснение отношений – это не про него. Если уж очень кто-то допечёт — бросит на него долгий взгляд, вот и весь разговор! Ему как нельзя лучше подходила пушкинская строка: «Хвалу и клевету приемли равнодушно и не оспаривай глупца».
Мне нравилось с ним «ходить в разведку» (как я в шутку для себя называла редакционное задание). Фотокор с ходу находил нужное нам предприятие, где работали герои наших будущих публикаций. Быстро и умело водил нас по запутанным порой лабиринтам производств. Отлично знал людей — рядовых и начальников. Его тоже знали всюду. Уважали, ждали.
Вот он здоровается за руку с тем, с кем тебе вести интервью. На душе становится легко, спокойно. Это значит, всё пройдёт хорошо.
Анна ДАНИЛОВА

Это был самый популярный сотрудник «Северного рабочего»

«Вот и журналисты на работе появляются», — с этими словами Валентин заглядывает ко мне. Он всегда приходил в редакцию первым. «Давай съездим на репортаж, новости есть…»

Капустин на трубе__1Фотокор был для нас источником неформальной информации, ведь его знали очень многие. Случись что на стройке (плохое или хорошее) или на Севдормаше, в пассажирском автопредприятии, он частенько узнавал об этом первым.
Читатели знали его заочно. «Вызовем Капустина» — и звонили ему. Казалось, что его знал весь город. Фамилия под снимками в газете, выходящей 60-тысячным тиражом (было такое время), незамеченной не оставалась. И не только поэтому. К человеку с репортёрской сумкой через плечо подходили запросто. И при такой своей популярности, работая в журналистском коллективе, начисто был лишён амбиций. Прост был по-деревенски. Даже северный протяжный говорок сохранил.
Когда наступала пора отпусков, все знали, что Капустин или в родную деревню, или на дачу.
Я его как-то спросила, неужели не хочется в дальние края махнуть, что-то посмотреть такое, чтобы ахнуть. Это в моём представлении. «А зачем, ведь у меня есть Тоймушка». Оказывается, так ласкательно звучит название родной деревни. И с такой нежностью рассказывал о ней, о родных краях. Отец научил мужскому ремеслу на все случаи жизни. Валенки мог скатать (шерсти только принеси, говорил), в армии танк водил, а редакционная машина не знала поломок в его надёжных руках.
Перебираю редакционные снимки, сделанные Валентином. Сердце щемит от воспоминаний. Мы все молодые, весёлые, с нами как отец родной недавно ушедший Василий Петрович Соснин. И нам так хорошо работалось вместе. Я и свои фотки нашла. Вот на репортаже стою у трибуны на праздничной демонстрации на площади Победы. Трудовые коллективы идут в колоннах, а я должна записать, кто за кем и с какими лозунгами. На фото схватил коллега тоскливо-замёрзший вид.
Я пришла после университета в отдел строительства газеты. Привычный репортёрский маршрут — выезд с Капустиным на стройплощадку. Было это в 80-е годы, последний рывок перед ликвидацией всей стройки. Приезжаем,
к примеру, к отделочникам. А он их всех знал. Какая не женская работа у этих девчонок! Холодно, комбинезоны-робы в растворе и краске, но на снимках получалось передать позитив, задор в глазах и достоинство человека труда. Сегодня есть ли у нас на страницах газет рабочий человек и каков его портрет? Впрочем, эту тему не хочется продолжать.
Увы, снова о прош-лом. Завершили монтаж 200-метровой трубы ТЭЦ-1, едем на репортаж. Валентин делает снимок — руководство города на самой верхотуре. Преодолевая чувство ужаса, заглядываю в щёлку: мы на небе.
Небесные впечатления имели продолжение. Для Капустина. «Тебе-то что, укатила в отпуск.
А меня на Республикан-скую повезли». Органы заинтересовались снимками с высоты: не попались ли в поле зрения режимные объекты?
Ограничились внушением. Впрочем, у Валентина была удивительная способность договариваться с людьми, не конфликтовал ни с кем.
У нас с ним есть одна награда, которую по прошествии лет и исторических изменений в нашей стране можно считать раритетом. Газета была отмечена за успехи в освещении социалистического соревнования, а Капустин и я получили бронзовые медали ВДНХ.
Листаю газеты прошлых лет. Вижу свою фамилию под текстом.
И далее: «Фото Валентина Капустина». Так бы ещё работать и работать вместе.
Ольга ОВЧИННИКОВА

Из золотого фонда редакции

палыч лента 2 кадра__2Ах, Валя, мой добрый друг, товарищ и учитель! Как нежданно и несправедливо рано ушёл он, да ещё и в череде кончин високосья, постигших «Северный рабочий». А ведь мы с ним оставались последними из мужской части «золотого состава» редакции, который принёс городской газете Северо-двинска рекордные тиражи.

Всего-то между нами по рождению четыре года разницы, и в редакцию я пришёл следом — двумя годами позже, но это не помешало ему стать добрым наставником, наравне с большинством сотрудников, радушно принявших меня — юного, не знающего даже азов журналистского ремесла.
Канонам репортажа меня учили не только сотрудники промышленного отдела, где я начинал, но и он, Валя Капустин — фотокорреспондент. Его уроки касались чистой практики — на ежедневных наших выездах. И сегодня они хорошо помнятся. Что же до теории, её он мне «преподавал» на примере лучших снимков из отечественных и зарубежных фотожурналов, которые в те годы по страшному дефициту выписывались на редакцию доброхотами Союзпечати.
Работать с ним было на удивление легко. Всегда уравновешенный, уверенный в себе, в будни он работал в неброской манере репортёра, которая никого не раздражала.
А его уверенность часто неведомым образом передавалась и нам, пишущим сотрудникам, и мы знали: с Валей без полноценного материала в редакцию не вернёмся.
В дни торжеств, праздников, высоких официальных меро-приятий он не работал локтями в напирающей толпе репортёров, но всегда успевал умело снять всё, что полагалось. Ещё помнится, многих коллег поражало его умение быстро находить нужный ракурс. Как ему удавалось — не ведаю. Но он выкладывал на стол ответственного секретаря сразу несколько фотовариантов, хотя времени для раздумий работа репортёра ему не оставляла!
За годы мы с ним многократно исколесили Северо-двинск и его окрестности вдоль и поперёк. И убеждались: нашего Валю знают везде. Чем это не свидетельство планиды человека, который ежедневно искал и находил своих героев среди обычных, как говорится, простых людей?
А ведь не всякий «газетный герой» давал согласие на съёмку. Но он умел по-особенному, спокойно и неизменно с добрейшей улыбкой разговаривать
с людьми, чтобы ему в конце концов уступили.
Валя был истым профессионалом. Хотя бы потому, что умел снимать буквально всё: лирические пейзажи, широкие панорамы, городские детали и бытовые сценки! Если по мне, ему особенно удавались портреты. Не зря же премией имени А. Гайдара его удостоили за многообразную и многолетнюю серию снимков под рубрикой «Фото дня». А в ней, как правило, современники, с удивительной точностью и симпатией поданные на первую полосу. Они и сегодня остаются свидетельством своеобычной красоты человека труда в уже разительно изменившейся
постсоветской России! Поэтому не устаю повторять своему сыну, дипломнику кинофотофакультета: учись, портреты нужно снимать так, как умел их снимать Валя Капустин!
Казалось бы, не обременённая поисками себя судьба: родился в верхнетоемском крае (милый подвинский акцент у Вали сохранился на всю жизнь), там же окончил школу, первые снимки сделал ещё юношей, срочную служил в ГДР (командир танка), с фотоаппаратом не расставался и в армии, после дембеля — «Северный рабочий», куда он пришёл однажды и остался на всю жизнь. Но какой глубокий след и в истории нашего города, и в сердцах тех, с кем он работал! И как же горько сознавать, что Вали нет! Не веришь тому, что случилось. Потому и память раз за разом возвращает его живым. И не отступает мысль: время 70-х было одним из лучших в жизни. Наверное, потому, что рядом часто оказывались такие люди, как он.
Для городских краеведов. Юрий Лавров, Юрий Полыгалов, а теперь вот Валентин Капустин — они главные и, к несчастью, уже безвозвратно ушедшие создатели фотолетописи Северодвинска.
Разные причины, отчего первые двое не оставили городу своего творческого наследия. Потому ещё при жизни, встречаясь, всякий раз напоминал Вале о ценности его архива. А он либо молча отвечал своей доброй скромной улыбкой, либо с нею же уверял: мол, есть у меня архив, работаю с ним потихоньку, но пока ещё не приспело время… А время с Валей обошлось предельно жестоко — взяло и оборвалось!
Олег ХИМАНЫЧ,
морской историк, почётный гражданин Северодвинска

 

 

 

Comments are closed.

« »