MENU
612_d1095-m

27.12.2017 • Колонка редактора

Бороться за честное имя

Единственный спортсмен, представляющий наш регион в зимней Олимпиаде, сейчас на пике своей формы. На дистанции 10 000 метров входит в четвёртку сильнейших конькобежцев мира. Тем больнее по нему ударил допинг-скандал, продолжающий будоражить общественность. Комиссия МОК пожизненно отстранила архангелогородца от участия в Играх. По иронии судьбы недавно он вернулся с завершающего этапа Кубка мира в Солт-Лейк-Сити, где завоёвывал квоты для участия страны в предстоящей Олимпиаде

Намерен конькобежец Александр Румянцев, пожизненно отстранённый от участия в Олимпиаде

Новый рекорд России

— Александр, темпа вы, смотрю, не сбавляете: с трапа — и сразу на тренировки.
— Конечно, сезон продолжается. Всё основное впереди.
— С какими впечатлениями вернулись с соревнований?
— Со своими задачами я справился: прошёл отбор и на «десятке», и на «пятёрке». Немножко с командной гонкой не получилось, но мы к ней и не готовились. На «десятке» единственный отбор был в норвежском Ставангере: я попал в 12 сильнейших конькобежцев мира, установив новый рекорд России — 12,57 мин.
— Прессинг со стороны иностранных спортсменов есть?
— Конечно. Особенно после  объявления о моей пожизненной дисквалификации. Со мной перестали общаться. Некоторые писали в соцсетях, что не хотят бегать на одной дорожке. От меня не отвернулись только итальянцы, с которыми мы вместе тренировались.
— Читала, некоторые даже кричали в спину ругательства.
— Было дело. Думали, что меня дисквалифицировали за допинг. А по сути — ни за что.

Царапины и «коктейль Родченкова»

— Поясните: что конкретно вам предъявили?
— То, что моё имя в списке Родченкова, которого я никогда даже не видел. В списке употреблявших запрещённый допинг-коктейль. А до этого мне предъявляли претензию, что поцарапана пробирка пробы Б, взятой перед Олимпиадой в Сочи.
— Когда это обнаружили?
— В декабре прошлого года пришло письмо: в отношении меня ведётся расследование.
Через восемь месяцев экспертиза МОК официально признала: царапина появилась при закрытии, а не  намеренном открытии пробирки.
— Сколько проб вы сдали за прошедший год?
— Восемнадцать.
— Перед Сочи кто их брал?
— За год до этого я практически всё время тренировался за границей. Проба, за которую зацепились в МОК, была взята в Сочи 12 декабря, в несоревновательный период. Ко мне пришёл иностранный допинг-офицер, мы заполнили протокол, я сдал анализ, закрыл при нём пробирки — всё как обычно.
— Вернёмся к списку. Пожизненное отстранение — достаточно жёсткое решение, притом что ваша вина не доказана.
— В январе в Швейцарии будет суд — с нормальными судьями, проверенными фактами.
— Но среди судей, насколько я поняла, будет ваш обвинитель — Освальд.
— Не обязательно. Комиссию выбирают швейцарские адвокаты, которых нанял Олимпийский комитет России. Должно быть более 50 процентов доказательств, чтобы вынести обвинение. В отношении меня вообще ничего нет. Адвокаты уверены: всё будет нормально.

Патриотом делает не флаг

— Как вы восприняли вердикт? Слышала, не брали несколько дней трубку…
— Конечно, тяжело. Сначала ничего не хотел делать. Но время лечит: потихонечку начал общаться, тренироваться. Сейчас идёт отбор, надо показывать результаты, завоёвывать места. Я много работал и показываю достойное время в этом сезоне.
— Что дало силы подняться?
— Стержень внутри, наверное. Международный союз конькобежцев меня не отстранял, дают бегать. Сейчас пойдут суды, и всё должно встать на свои места.
— Что произойдёт, если решение не отыграют?
— Будем бороться дальше. Пойдём не в спортивные суды — в арбитражные. Моё мнение: Запад добился того, чего хотел: убрали наш флаг, герб, пускают на Игры тех, кого сами выбрали. Этот человек (Родченков. — Прим. ред.) им больше не нужен. Он выполнил свою задачу.
— А решение наших спортсменов ехать на Олимпиаду как оцениваете?
— Конечно, ехать надо. Отсутствие герба и флага страны не делает тебя непатриотом. И если бы наши спортсмены решили бойкотировать Игры, нас могли бы дисквалифицировать ещё с двух олимпийских циклов.
— Ваш тренер Владимир Сютковский считает, что страна зря пошла на уступки в Рио. Запад понял: можно топтать.
— Действовать надо было намного раньше. И не нам, спортсменам, а государству. На Олимпиаду в Рио нашу байдарочницу Наташу Подольскую не пустили. Потом извинились, сказали, что к ней претензий нет. Но человек не поехал на Игры, где мог бы завоёвывать медали.

Раскрылся в «мужиках»

— В каком возрасте вы пришли на лёд?
— К знакомой — тренеру Татьяне Сютковской — мама привела меня в третьем классе.
— А когда поняли, что спорт — дело жизни?
— Когда начал показывать результаты на России — лет в 18. До этого в младшем возрасте меня все обгоняли. Был период, когда мама сказала: «Может, хватит уже?». А я как раз что-то выиграл. Самое интересное только начиналось. Я, в принципе, возрастной спортсмен, мне 31 год. У меня дистанции длинные, а результат на них приходит позже: нужно наработать определённую базу, проделать объём работ. Поэтому раскрываться я начал в «мужиках». И с годами становлюсь всё сильнее.
— Нынешних результатов как удалось добиться?
— После ухода из сборной России итальянского специалиста Маурицио Маркетто я вернулся к нашим тренерам. Направленность у них была на средние дистанции — не мои профильные. Я понял, что, если хочу бегать дальше, надо что-то менять. Переговорив со своим начальником в центре «Поморье» Вячеславом Николаевичем Паникаром и получив поддержку губернатора области и регионального министра спорта, я стал тренироваться у итальянцев. Маркетто меня взял, несмотря на то, что тренирует моих конкурентов. Год я работал с ними плечом к плечу. Был очень сильно мотивирован, поэтому перетренировался. Тут ведь не работает принцип: бери побольше, кидай подальше. Всё в меру должно быть. Только в этом году нагрузки «переварились» и дали всплеск.
Сейчас я также плотно работаю с Виктором Александровичем Сивковым, тренером молодёжной команды России. Он пишет программу, мы занимаемся оттачиванием техники. Мы, несколько «мужиков», занимаемся вместе с юниорами. Глядя на нас, они и сами прибавляют.

«Сына в спорт не отдам»

— В Архангельске часто бываете?
— Летом чаще. Сейчас сезон, длительная поездка получилась — полтора месяца меня не было дома. А так две недели на выезде — неделя дома. Семья привыкла к такому графику.
— Жена не спортсменка?
— Нет, занимается бизнесом, хранит семейный очаг, воспитывает сыновей. Старшему пять лет, младшему будет три.
— В спорт отдавать будете?
— Старший уже занимается футболом, гимнастикой, плаванием. У него энергии много.
— А большой спорт?
— Выбирать он будет сам. Но я буду, наверное, против. Большой спорт не самая лёгкая профессия.
— Вам от чего пришлось отказаться?
— Да от всего! Ты ограничиваешь себя в общении с семьёй, друзьями, постоянно находишься на выезде. Кому-то кажется, что спортсмены много путешествуют. А мы в основном видим спортзал.
— Вы единственный представитель нашей области в зимних олимпийских видах спорта. Как вам это удалось и почему никто больше не может этого достичь? Здесь, на родине снега!
— Самого это удивляет. Может быть, нет достаточно большой базы: только недавно профессиональный стадион в Малиновке появился. Может быть, не хватает тренеров. У нас есть пара ребят, которые входят в сборную страны по лыжным гонкам. Не более. С коньками немного сложнее: сейчас весь конькобежный спорт находится под крышей. А у нас ребятишки встают на лёд в ноябре, а в марте уже может всё растаять. За этот промежуток очень сложно что-либо сделать. Работают пять тренеров, и все они возрастные, молодёжь не приходит.
— Но вы-то росли тогда, когда ещё и Малиновки не было.
— Я трудолюбивый спортсмен. Благодарен своим тренерам Владимиру и Татьяне Сютковским, которые направили меня в нужное русло. Меня не надо было заставлять — только до определённого момента. Коньки бросал пару раз, когда был переходный возраст, хотелось гулять и общаться со сверстниками. Но когда начали появляться результаты, что-то щёлкнуло внутри и пошло-поехало.
— Какие соревнования сейчас на очереди?
— Чемпионат России с 24 по 28 декабря в Коломне, потом здесь же 5—7 января пройдёт чемпионат Европы по отдельным дистанциям. Дальше не загадываю: у меня сейчас каждый старт может быть последним…

Самый сложный отбор идёт на «десятке». Второго и третьего шанса здесь, как на пяти тысячах метрах, не дают. Попасть нужно в 12 лучших.

У меня есть татуировка с олимпийскими кольцами. Сделал её, когда попал на Игры в Ванкувере в 2010 году. У меня тогда глаза горели, я чувствовал себя частью движения. Сейчас МОК показал, насколько он зависим от денег, и поступился принципами Пьера де Кубертена. Теперь в эти кольца, символику я уже не верю.

ОПРЕДЕЛЯЕТСЯ СПИСОК

В эти дни на чемпионате России в Коломне решается поимённо, кто из наших спортсменов представит Россию на Олимпиаде в Пхёнчхане по завоёванной ранее квоте. Мы желаем Александру успехов на этих дистанциях, а также в деле восстановления своего честного имени!

Фото www.matchtv.ru

Comments are closed.

« »