MENU

_F0PXcphuwg

24.08.2017 • Общество

Позарилась щука на… часы

Июнь того года для жителей Каргополья выдался самым неудачным месяцем: постоянно шли дожди, вода в Онеге не спадала, рыба клевала плохо. Однако два-три дня выдались по-настоящему летними и я, отпускник, выбрался на рыбалку на озеро Лаче

Шёл на резиновой лодке, грёб вёслами, поскольку с мотором обращаться не умею. От Каргополя до озера по реке около четырёх километров, поэтому, чтобы не грести вёслами впустую, тянул за собой «дорожку» — так здесь называют леску с блесной на конце. Вручную до озера идти часа два, поэтому надеялся, что какая-нибудь рыбина клюнет. Не успел отойти метров пятьсот, как леску крепко дёрнуло. Я оставил вёсла и стал её вынимать, на конце снасти что-то бултыхалось, но на поверхности воды не показывалось. Притянул к корме, а там — земляной клок с тростником. Ругнулся, «добычу» кинул в реку. До озера у меня никто так и не клюнул.
А вот и Лаче. День был безветренный, поэтому  гладь озера под июньским солнцем казалась огромным зеркалом, обрамлённым береговым кустарником и тростником. Далеко в озеро заходить не стал, бросил якорь у истоков Онеги. Ловил по старинке, на червя. Буквально минут через десять была первая поклёвка. Да какая! От самых тростников очень осторожно тащил добротного леща. Он, видно, был голодный: заглотил крючок так, что пришлось разрезать ножом жабры. «Неплохое начало», — прошептал я и стал снова забрасывать удочки. Однако клёв по неизвестной причине затихал. Но я всё же удить не переставал. В течение часа мимо меня, ревя моторами, прошли не менее пяти моторных катеров, с борта которых настоящие рыбаки кричали: «Ну как, такую рыбину поймал?» — и на метр разводили руками. Я их юмор понимал и в ответ так же жестикулировал, увеличив размеры «пойманной рыбы». Поняв, что в этом месте мне больше ничего не светит, решил продвинуться дальше по озеру. Остановился в камышах у небольшого островка. В это время начал дуть лёгкий ветерок, озеро заиграло небольшой серебристой волной, поплавки на двух удочках стали покачиваться, приподнимать и опускать крючки с насадкой. И, как говорится, процесс пошёл. Вперемешку попадались окуни, подлещики, сорожки, начинающие набирать свой вес. К моему удивлению, на леску со старым бамбуковым удилищем, очень дефицитным в старые времена, клюнули аж пять подъязков, что не бывало в моей рыбацкой практике. Часа через два пятилитровое ведёрко стало заполняться дарами озера. Ещё минут через сорок оно  было почти полным. Решил складывать удочки, на что ушли считанные секунды. Уложив снасти вдоль лодки, решил отмыть руки от
рыбьей чешуи. На мне была старая матросская роба, оставшаяся после службы на флоте, в её  нагрудном кармане, напротив сердца, я держал карманные часы, переданные мне по наследству дедом. Только наклонился к воде, часы, легко привязанные к пуговице кармана, — бултых в озеро. Из тростника торпедой вылетела щука, сверк-нув мокрым хребтом на солнце, схватила их, оборвав ниточное крепление, и была та-кова!
Скажу откровенно, рыбалкой остался доволен. О том, что царица глубин озера Лаче позарилась на мои часы, ни капельки не жалел. Эту историю я рассказал своему родственнику Сергею. Он подтвердил, что такие случаи на Лаче не редки: щука может проглотить всё, что блестит, вплоть до ложки для рыбацкой ухи.
Анатолий РЯДЧИНСКИЙ
Рисунок Татьяны Воротынцевой

Comments are closed.

« »