MENU

30.09.2015 • Общество

Под грифом «секретно»

В холодную осень самого тяжёлого для страны 1942 года около тысячи 14-летних подростков приехали на Соловки, чтобы овладеть военными морскими специальностями, а затем самоотверженно защищать Родину от врага

О каких загадках молчат документы, но рассказывают ветераны Соловецкой школы юнг

Легендарные «мальчики с бантиками», по зову сердца тысячами убегавшие из домов, подделывавшие справки, чтобы только попасть на фронт, внесли в великую Победу лепту не меньшую, чем сражавшиеся на передовой взрослые.
Казалось бы, о них, о легендарной Соловецкой школе юнг, историей которой музей занимается с середины 1970-х годов, мы знаем всё. И вот тут таится самое большое заблуждение. Уже хотя бы потому, что архивы, связанные с Соловками в годы войны, в том числе учебным отрядом, частью которого являлись юнги, до сих пор засекречены.
— Хотя у нас достаточно много информации по соловецким юнгам, многое из того, что хотелось бы знать, до сих пор закрыто, — признаётся заведующая отделом «История ХХ века» соловецкого музея-заповедника Ольга Бочкарёва.
Однако свидетели событий не молчат, как бездушные бумаги. Так, во время одного из последних визитов на Соловки выпускников школы юнг произошла знаковая встреча с необычным ветераном. Работников музея-заповедника он попросил отвезти его не в Савватиево или кремль, где располагался мальчишечий батальон, а в биосад — нынешнюю территорию Филипповской пустыни за аэропортом. На удивление музейного работника только ответил: «Потому что я учился там». И кто бы мог подумать, что визитёром окажется юнга из секретного подразделения!
— Мы вообще не знали, что была такая группа — радисты, секретчики, шифровальщики, — признаётся Ольга Владимировна. — Не знали об этом и те юнги, которые приезжали к нам на слёты. А мы разговаривали со всеми, кто приезжал.
Секретный ветеран был на слёте первый раз. На Соловки он приехал только для того, чтобы люди узнали об этом подразделении. «Ведь мы так и уйдём в никуда. Теперь я могу об этом рассказать, мне уже ничего не страшно: мне идёт девятый десяток». Оказывается, прошедший школу Соловков юнга всю жизнь работал секретчиком-шифровальщиком, и даже его семья, его дети не знали об этом, а также о соловецких страницах его прошлого. Ещё бы! Ведь секретных юнг никто не должен был видеть в лицо. Даже когда они принимали присягу в школе связи на «Кирпичке», всех оттуда выводили, чтобы никто их не заметил. Эти юнги находились в полной изоляции и давали подписку о неразглашении происходившего здесь в течение всей жизни. Им запрещалось знакомиться друг с другом. «Я до сих пор не знаю, с кем учился. У меня нет моего военного детства. Нам запрещено было общаться даже после того, когда мы получали свои направления», — приводят его слова музейные работники.
Отбирали в секретчики ребят из порядочных семей: все они были комсомольцы, а не из детских колоний, как было большинство юнгашей. Их ещё и дополнительно перепроверяли: письма приходили на работу, родителям, вышестоящее начальство интересовало, где воюет отец или брат мальчика, проверяли его мать, остальных родных. В особом отряде было порядка 26 человек. Быт их был устроен как и у всех остальных юнг, только жили они не в землянках, а в небольших помещениях с двухэтажными нарами, сами себе готовили. Их распорядок дня был чётко распланирован: зарядка, учёба, тренировки и отдельно — соревнования, чтобы их никто не видел.
— Мы до сих пор не можем найти в архивах информацию, сколько их здесь было на самом деле, — продолжает Ольга Бочкарёва. — И было ли несколько заездов таких юнг. Но есть основания полагать, что этот отряд был не единственным засекреченным.
Таких белых страниц по истории военных Соловков ещё много. Верно ли всё, что было услышано научными работниками от ветерана? История пока продолжает хранить секрет. Но когда-нибудь она должна рассказать правду.

Comments are closed.

« »