MENU

Захар Прилепин (справа) со своим северодвинским другом — журналистом Андреем Рудалёвым.
Фото Валентина Капустина Захар Прилепин (справа) со своим северодвинским другом — журналистом Андреем Рудалёвым. Фото Валентина Капустина

28.05.2015 • Культура

Пошлость страшнее мата

На прошлой неделе Северодвинск (а также Архангельск и Соловки) посетил один из самых заметных современных писателей России Захар Прилепин.

Захар Прилепин о литературе, Донбассе и Ксюше Собчак

Свою встречу с северодвинцами в кинотеатре «Родина» он начал с разговора о роли литературы в жизни России:
— Я много езжу по стране, особенно в последний год. Какой-то взлом происходит в отношении людей к печатному слову. Не скажу, что миллионы в России начали читать. Но огромное количество людей пытаются осознать важные вещи при помощи печатного текста. Полные залы на встречах писателей с читателями по всей стране — примета нашего времени. Такого нет в большинстве европейских стран, не говоря про латиноамериканские, африкан-ские и азиатские.
Впрочем, отвечая на записки из зала, писатель привёл печальную статистику:
— Во времена СССР на территории России было 8500 книжных магазинов ( на территории страны 25000). Сегодня в России 1000 книжных магазинов. И этот момент, безусловно, должен находиться в ведении государства. Вопреки рентабельности и другим подобным вещам книга должна находиться в шаговой доступности.
По мнению Прилепина, популярность книг и чтения — ещё и вопрос моды:
— Наверняка вы видели телепрограммы, где шоу-звёзды и поп-певцы показывают свои прекрасные хаты. Сколько я видел этих программ, ни одной книжки там никогда не стояло. Другой пример: «Дом-2». Я его смотрел полгода из социологического интереса, и за всё время там ни один человек не читал книгу. Они с утра до вечера свои отношения выясняют и играют в компьютерные игры. Это записывается на подсознание. Миллионы молодых людей смотрят, знают всех героев и снимают с них пример поведения. При этом Ксения Собчак, как бы мы к ней ни относились, очень образованная девушка. Как и Ваня Ургант. Но они, кукловоды молодых людей во всём нашем мире, почему-то не объясняют этим детям, что человек, который читает, понимает, может написать текст, — более конкурентоспособный человек. Если бы Ксения Анатольевна Собчак велела, чтоб каждый герой её программы раз в неделю брал в руки книжку, это очень серьёзно повлияло бы на продажи. Только кажется, что молодые люди живут сами по себе и своим умом. На самом деле они достаточно внушаемы. Мода на книгу, чтение — вещь рукотворная.
Другая записка: «Ваше отношение к мату в литературе, кино, на сцене?». Такой вопрос, признался Прилепин, задают часто. И сказал:
— Когда я писал свой первый роман «Патологии», там было много нецензурной лексики. Это роман о войне в Чечне, в которой мне приходилось в своё время принимать участие. С тех пор книга переиздавалась несколько раз, и каждый раз я вымарывал одно, два, три нецензурных слова. Теперь их осталось только три, и я их не уберу ни за что. Потому что они находятся на своём месте. Иногда мне за это попадает от филологов, преподавателей литературы, библиотекарей: дети же читают. Но я всем говорю: в каждом томе гениального русского романа «Тихий Дон» есть шесть—восемь нецензурных слов. И ещё есть колоссальное количество русской классической поэзии (Пушкин, Есенин), где табуированная лексика присутствует. Мне кажется, что это одно из средств литературного языка, им просто надо уметь пользоваться. И потом, такой момент — сейчас на книжках пишут: +6, +12, +18. Библиотекари со всей России мне говорят: «Мы книжки Пушкина, Шолохова, Есенина не можем выдать школьникам, потому что это правонарушение». И подростки, которым в 15—16 лет самое время прочитать упомянутых авторов, по закону их читать не могут. А программу Андрея Малахова «Пусть говорят» (я её называю «Посмотри в замочную скважину») могут все посмотреть. Пошлость как таковая — наши пошлые кинокомедии, наши отвратительные телепрограммы — гораздо страшнее нецензурной лексики. Не думаю, что запретить книги — самое здравое решение.
«Сколько времени вы посвящаете творчеству?»
— Я пишу, когда уезжаю в деревню. У меня там нет мобильной связи, телевидения, интернета. Это позволяет отстраниться от всего суетного. Пишу с 8 до 12, потом с детьми занимаюсь и потом ещё работаю вечером с 8 до 11.
Прилепин рассказал о ситуации в Новороссии:
— За последние восемь месяцев я шесть раз был в Донецкой и Луганской народных республиках. Месяц от месяца в Новороссии всё меняется. Начинают соцслужбы работать, коммуникации. Не скажу, что там уже всё хорошо. Но уже не плачевно. Когда я первый раз приезжал в Луганск, это был мёртвый, чёрный город. Но потихоньку всё движется. И Россия принимает в этом самое деятельное участие. Я занимаюсь гуманитарной помощью. Знаю, что есть десятки и сотни семей: многодетные, с инвалидами, семьи ополченцев, которым чего-то не хватает. Гуманитарная помощь, которая собирается в России, идёт на дело. Если кто-то сдаёт деньги, не переживайте.
Конечно же, писатель представил свой последний роман «Обитель», действие которого происходит на Соловках.
В заключение приведу цитату из Прилепина:
— Мы станем более конкурентоспособной страной, если у нас молодые люди будут больше внимания обращать на текст, в том числе художественный.
Так что давайте читать книги! В том числе и роман Захара Прилепина «Обитель». Не зря же это произведение в 2014 году завоевало сразу несколько главных российских литературных премий: «Большая книга», «Книга года» и «Книжная премия Рунета».

Comments are closed.

« »